Россия хочет добиться обнуления эффекта санкций с помощью создания альтернативных механизмов внешнеэкономического сотрудничества. Такие планы озвучил посол по особым поручениям МИД РФ Александр Трофимов.
«Важно помнить: речь идет не о том, чтобы просто смягчить негативные последствия от санкций, введенных недругами против нас или наших партнеров», — заявил дипломат, подчеркнув, что через создание альтернативных механизмов внешнеэкономического сотрудничества предстоит добиться именно системного «обнуления» эффекта односторонних принудительных мер.
По словам Трофимова, санкции имеют действенную силу «лишь в той степени, в какой объекты давления заинтересованы сохранить свое место в сформированной и контролируемой Западом системе координат и готовы считаться с существующими в ней правилами и стандартами». Поэтому на пути создания альтернативных механизмов торговли делается сейчас немало, и прежде всего, благодаря оперативной работе, ответственной экономической политике и системным решениям правительства Российской Федерации.
«Отечественные предприниматели успешно развивают новейшие механизмы сотрудничества с зарубежными контрагентами», — резюмировал дипломат.
Интересно, а что собой в деталях могут представлять эти самые «альтернативные механизмы»? В каком отношении они могут сработать наиболее эффективно, а в каком — нет? И каковы основные трудности на пути их создания?
— Позиция нашего МИДа вполне понятна, и его представители, в принципе, говорят-то все правильно, вот только зря, — заметил по этому поводу в беседе с «СП» эксперт по бюджету и инвестициям, профессор ВШЭ Иван Родионов.
— Потому что здесь главная трудность заключается не в процессе выстраивания альтернативных схем внешнеэкономического сотрудничества. А в том, что государств, обладающих необходимым для нас объем импорта примерно на сумму в 250−350 млрд долларов в год и при этом готовых, по сути, порвать с той самой западной системой координат, правил и стандартов ради торговли с Россией, попросту нет. По крайней меря я лично таких стран не знаю.
Теоретически такие страны в мире можно пересчитать по пальцам — Китай да Индия. Но совершенно очевидно, что для Китая и Индии экономические отношения с США существенно более значимы, в разы, чем с нами. У нас могло бы что-то подобное получиться, например, с Ираном, только вот ни мы не можем никак предоставить необходимую ему продукцию, ни он не в состоянии заплатить подобные суммы.
Так что наш МИД озвучивает-то хорошие, правильные мысли, но это все, по сути, абсолютно волшебная конструкция, которая подвешена в воздухе. К практической экономике она не имеет никакого отношения. Идея отличная, однако абсолютно нереализуемая.
Если и найдутся государства, готовые торговать с нами без оглядки на США, то такими объемами необходимого нам импорта они точно не обладают даже близко. Поэтому никаких «особых» или «новых» механизмов нет и в помине. Вместо этого идет обычная внешняя торговля. Потому что кто будет рисковать своими отношениями с США исключительно ради торговли с нами?
«СП»: Выходит, высказывания представителя российского МИДа о том, что на пути создания альтернативных механизмов делается немало, что принимаются соответствующие системные правительственные решения, что отечественные предприниматели успешно эти самые новейшие механизмы развивают — всего лишь красивые слова, и ничего более?
— Где-то около 15 лет назад именно мы взяли на вооружение такую штуку, как «словесные интервенции».
Вместо того, чтобы своевременно, скажем, укреплять рубль или продавать валюту, мы стали всех уверять в том, что с нашей экономикой все хорошо. И нынешние заявления МИДа нашего — вот как раз из той самой оперы.
Но как-то обвинять МИД в том, что его заявления практически не коррелируют с действительностью, смысла нет. Министерство просто добросовестно выполняет ту задачу, которая перед ним поставлена. Поэтому и звучат слова о том, что мы, дескать, будем работать вот в таком-то направлении. А пройдет время, скажем, год или полтора, и МИД скажет — к сожалению, такая-то задача оказалась невыполнимой, потому что государства, такие-сякие, не хотят идти на разрыв экономических отношений с США ради нас, мы ошиблись. А у нас с некоторых пор, как известно, ошибаться-то можно, это только врать нельзя.
«СП»: Неужели ни с какими странами выстраивание альтернативных механизмов внешнеэкономической деятельности для обнуления санкционного воздействия невозможно? С какими-то же странами мы, наверное, все-таки торгуем в таком ключе? Может быть, если таких стран будет много, удастся в совокупности обеспечить необходимый для нас объем импорта на вышеназванную сумму?
— Боюсь, что все равно ничего не получится. Потому что небольшие страны в основном находятся либо в полулежащем экономическом состоянии и зависят от США, либо торговля с ними осуществляется на дотационной основе. Плюс к тому население там рассчитывает на определённые товары, которые заведомо считаются в мире хорошими, а российские производители заменить их не в состоянии.
Вот Китай в состоянии так сделать. Если бы Китай заявил, что будет торговать с Россией в альтернативном ключе, такое вполне могло бы получиться. Но наша экономика на подобное, увы, способна едва ли.
Да и потом, в новейших антироссийских санкциях реализован очень умный подход — воздействие осуществляется не на нас напрямую, а на наших торговых партнеров. И этому принципу нам, к сожалению, противопоставить особо и нечего.
«СП»: Почему нечего? Потому что у финансово-экономического блока правительства, говоря простыми словами, «соображалка» не тянет?
— Да дело-то не в том, тянет она или не тянет. А в том, что объективная реальность такова, что в мире есть несколько центров экономической силы, только мы ни к одному из них не относимся.
Потому что у нас одно время превалировала в экономике совершенно дурацкая идея — сделаем, мол, Россию сырьевой сверхдержавой. Помните? Идея внешне красивая, но абсолютно пустая. Какая же мы сырьевая сверхдержава, раз сами себя обеспечить топливом не можем? Ударили по нескольким НПЗ беспилотниками, и люди уже не первый месяц стоят в очередях на заправках. А на экспорт-то, на минуточку, у нас ограничения, никто у нас толком ничего не покупает, в том числе нефть. Ну нонсенс же.
Так что все эти идеи — стать сырьевой сверхдержавой, выстроить альтернативную систему внешнеторговой деятельности, превратить Москву в новый международный финансовый центр, сделать рубль мировой резервной валютой и так далее — обречены на провал.
Сами по себе эти идеи абсолютно красивые, но любой здравомыслящий экономист понимает, что практических механизмов для их реализации не существует. А раз не существует, какой в них смысл?
«СП»: Получается, что иного выхода у нашей экономики, кроме как стоически терпеть и пытаться тяжело преодолевать все нынешние санкционные лишения, нет?
— Во-первых, действительно, нет. А, во-вторых, давайте вспомним, о том, что нынешние антироссийские санкции не выключатся одномоментно. Не произойдет это, условно говоря, по щелчку выключателя. Вспомните, американские торговые санкции против СССР в связи с поправкой Джексона-Вэника от 19274 года просуществовали 35 лет. Причем последние два десятка лет из них сам предмет для их ввода исчез. Но тем не менее.
Все это говорит о том, что, принимая те или иные внешнеполитические или внешнеторговые решения, наши чиновники должны не только представлять себе абсолютно все последствия, но и нести за них персональную ответственность. Но, как известно, у нас никто ни за какие последствия не отвечает. По крайней мере, так было все последние 35 лет нашей истории.
Если эта тенденция продолжится, то я лично не удивлюсь, что нам скоро вкинут еще какую-нибудь новую хорошую идею. Например, что мы станем лидерами в области искусственного интеллекта. Или, еще лучше, лидерами в области какой-нибудь духовности этого самого интеллекта. Вот только к реальному положению дел эти очередные «словесные интервенции» никакого отношения иметь не будут.